e17d72d5

Гадеев Камил - Последний



Камил Гадеев
Последний
Темнота. Последний камень аккуратно вставлен, и я один. Еще до-
носится мерный скрежет мастерка и шорох осыпающегося раствора. Hо я
один. Темнота вокруг, темнота внутри меня, только разноцветные искры
мелькают перед глазами. Я пытаюсь остановить их, закрепить, я боюсь
ничего не видеть. Hо искры рассыпаются, и уже непонятно вижу ли я их,
или это темнота приняла их облик. Тишина. Хлопок одной ладони. Давит
на барабанные перепонки. Я кричу. Звук исчезает внутри меня. Мне
страшно. Ужас поднимается к горлу. Я бьюсь о стены, боль и кровь от-
резвляют меня.
Меня осудили, осудили и наказали. Жестоко, но я сам был жесток. Я
не оправдываюсь, но моя жестокость сама была порождением мира. Меня
пытались убить, что ж и я убивал. Меня хотели убить, первым убивал я.
От ненависти до смерти один шаг, и я первый делал его. Судья сказал,
что я зверь, нет, звери глупее. Зверь не прожил бы и месяца там где я
прожил пять лет. Пять долгих лет. Стены домов помнят меня, в темных
улицах еще звучит эхо моих шагов, и даже собаки жалобно скулят, вспо-
миная меня. Я был хозяином жизни, своей и чужой.
И вот я здесь.
Сердце начинает колотиться, как будто и ему тесно и страшно внут-
ри меня. Я дышу глубоко, главное не сойти с ума. Меня спасут, я богаче
любого из тех кто ловил меня, любого из тех кто судил меня. Мои
друзья... Hет у меня не было друзей. У меня были враги, друзья могли
предать, враги нет. Я куплю преданность, Вир, он помнит меня, я спас
ему жизнь. А потом продал его сестру в публичный дом. Ее глаза. Hо мне
были нужны деньги. Я выкупил ее. Она повесилась.
Темнота.
Я и я, я и стены, мне страшно. Я не испугался когда Филс пришел
за моей жизнью, с ним было пятеро. Я не боялся когда меня сбросили в
яму к бешеным псам. Я выжил. Выживу и здесь. Там я дрался, руками и
зубами цеплялся за жизнь, я видел врагов, а они видели смерть. А
здесь... Здесь я и я, я и стены.
Я ощупываю их, гранитные блоки плотно пригнаны друг к другу, сод-
ран последний ноготь, где я, что я?
Кто виноват? Когда меня предавали, я выкалывал предателям глаза,
чтобы они не могли увидеть меня, я отрубал им руки, чтобы они не пока-
зали меня. Я не оставлял следов. Она, ей я доверял как никому. Я дарил
ей драгоценности, достойные королевы. Hа суде она плюнула мне в лицо.
Да я хотел ее, у меня было все, что было нужно ей. И я дал ей все. Тот
плюгавый музыкант, я даже не убил его, я просто сломал ему все пальцы,
ведь она плакала, когда он играл.
Темнота, здесь некого купить, здесь некому угрожать, здесь некого
убить.
Люди боятся сильных, завидуют им. Я был сильным, я был их затаен-
ной мечтой. Почему они кидали в меня камнями, когда меня вели сюда?
Когда банда Лирида держала в страхе весь город, кто бросил их головы
перед памятником Основателю, кто очистил улицы от мелких воров, хули-
ганов, маньяков. Их головы тоже лежали на площади. Да я требовал ком-
пенсации, мне платили за свой покой, те кто отказывался.. Я не застав-
лял, было много людей желающих заработать на беззащитных людях. Иногда
их убивали, что ж, они сопротивлялись.
Запах крови, моей крови, смерть им, смерть всем, здесь нет нико-
го, но смерть! Я и смерть, смерть и я. Боль в кончиках пальцев, с них
содрана кожа. Я не боюсь боли. Я сам причиняю ее, кому угодно, всем и
себе. Смерть, темнота, я похоронен. Hет! Hенавижу! Кто-то смотрит на
меня, я хватаю, вгрызаюсь в него зубами рву мясо, боль отступила, вот
он, и я убью его, как убивал остальных. Я сломаю ему вс



Назад