e17d72d5

Гадеев Камил - Свидетель



Камил Гадеев
Свидетель
Вы никогда меня не поймете. Вы даже не знаете, что такое понять.
Вы можете только судить.
Я стоял на берегу серой реки и смотрел, как она несет мусор, смы-
тый поднявшейся водой. Среди почерневших коряг и желтых лохмотьев пены
мелькнуло белое лицо. Человек, я не смог определить его пол, плыл на
спине, его глаза смотрели в тусклое небо, а на губах, казалось, засты-
ла неприятная усмешка, обнажившая зубы. Покачиваясь и поворачиваясь в
возникавших и исчезавших маленьких водоворотах, человек плыл, не обра-
щая внимания на окружающий мир.
Я повернулся и побежал вдоль берега к видневшейся вдали лодочной
станции. Слегка пьяный сторож понял меня на удивление быстро. Сняв
цепь, мы столкнули на воду лодку. Я сел на весла, а сторож с багром в
руках расположился на носу. Человек показался через несколько минут.
Сейчас уже было видно, что это женщина, или даже девушка. В ее длинных
черных волосах запутались щепки, блеснула желтым маленькая сережка.
Когда сторож зацепил ее багром, в разные стороны метнулись стайки
мальков, и что-то более серьезное колыхнуло тело, уходя в глубину.
Стараясь лишний раз не смотреть на нее, мы подплыли к берегу. Сто-
рож вынес кусок брезента и накрыл вытащенное на песок тело.
- Звонить надо. - хмуро произнес он, обращаясь в пустоту.
Я молчал. Сторож сплюнул, достал сигарету и подкурил.
- Плыла бы себе. А так, родителей пугать...
Он еще раз плюнул и ушел звонить. Я наклонился над телом и отдер-
нул брезент, открыв распухшее лицо. Выглядело оно еще достаточно при-
лично, учитывая условия в которых оно находилось. Рыбы не смогли дос-
тать его, а птиц распугала паршивая погода.
- Вот мы и снова встретились, красавица. Как это у тебя получи-
лось? Пьяная вечеринка с прогулкой на катере, или неудачная встреча на
ночном мосте.
Она молчала, высохшие глаза, не прикрытые серыми веками, безу-
частно смотрели на меня. Я вернул брезент на место и машинально вытер
о джинсы руки. Вернулся сторож. Зябко кутаясь в телогрейку, он флегма-
тично рассказал мне, как в прошлом году выловил сразу двоих утопленни-
ков.
- Этой еще повезло, тех даже мать не признала, так до сих пор и
верит, что они вернутся. Хоронить не хотела.
Приехала милиция. Меня заставили расписаться в протоколе, погру-
зили труп и уехали. Сторож пригласил меня выпить. У него оказалась
литровая банка разведенного спирта. Выставив два стакана на сбитый из
струганных досок стол, сторож плеснул спирта и произнес:
- Hу, за упокой.
- За упокой, - согласился я.
Мы выпили. Затем выпили еще и еще. Сторожа основательно развезло,
но строгость момента заставляла его держаться.
- А ведь красивая была девчонка. - сторож вздохнул.
- Красивая. И гордая, - после паузы добавил я.
- Ты ее знал?
- Hемного.
Сторож кивнул и замолчал.
Hемного, по времени это было действительно немного - две недели.
Hо это были такие недели где день шел за десять, а ночь за месяц. Мы
не расставались ни на минуту. И было странно думать, что сейчас она
лежит в морге и смотрит мертвыми глазами в потолок.
- Судьба. - непонятно произнес сторож.
Я промолчал. Я не верю в судьбу. Я просто знаю, что кому-то она
не понравилась настолько, что он решился на убийство. В воду она попа-
ла уже мертвая. Иначе всплыла бы гораздо позже. А так в легкие не по-
пала вода. И я ее увидел.
Я не знал, что делать с этим. Она была моей подругой, и я не мог
просто забыть о случившемся. Справедливость - глупое слово. Hо из-за
глупых слов люди убивают друг-друга



Назад