e17d72d5

Гайдар Аркадий Петрович - Сказка Про Военную Тайну, Мальчиша-Кибальчиша И Его Твердое Слово



Аркадий Гайдар
Сказка про военную тайну,
Мальчиша-Кибальчиша и его твердое слово
В те дальние-дальние годы, когда только что отгремела по
всей стране война, жил да был Мальчиш-Кибальчиш.
В ту пору далеко прогнала Красная Армия белые войска
проклятых буржуинов, и тихо стало на тех широких полях, на
зеленых лугах, где рожь росла, где гречиха цвела, где среди
густых садов да вишневых кустов стоял домишко, в котором жил
Мальчиш, по прозванию Кибальчиш, да отец Мальчиша, да старший
брат Мальчиша, а матери у них не было.
Отец работает -- сено косит. Брат работает -- сено возит. Да
и сам Мальчиш то отцу, то брату помогает или просто с другими
мальчишами прыгает да балуется.
Гоп!.. Гоп!.. Хорошо! Не визжат пули, не грохают снаряды, не
горят деревни. Не надо от пуль на пол ложиться, не надо от
снарядов в погреба прятаться, не надо от пожаров в лес бежать.
Нечего буржуинов бояться. Некому в пояс кланяться. Живи да
работай -- хорошая жизнь!
Вот однажды -- дело к вечеру -- вышел Мальчиш-Кибальчиш на
крыльцо. Смотрит он -- небо ясное, ветер теплый, солнце к ночи
за Черные Горы садится. И все бы хорошо, да что-то нехорошо.
Слышится Мальчишу, будто то ли что-то гремит, то ли что-то
стучит. Чудится Мальчишу, будто пахнет ветер не цветами с
садов, не медом с лугов, а пахнет ветер то ли дымом с пожаров,
то ли порохом с разрывов. Сказал он отцу, а отец усталый
пришел.
-- Что ты? -- говорит он Мальчишу. -- Это дальние грозы
гремят за Черными Горами. Это пастухи дымят кострами за Синей
Рекой, стада пасут да ужин варят. Иди, Мальчиш, и спи спокойно.
Ушел Мальчиш. Лег спать. Но не спится ему -- ну, никак не
засыпается.
Вдруг слышит он на улице топот, у окон -- стук. Глянул
Мальчиш-Кибальчиш, и видит он: стоит у окна всадник. Конь --
вороной, сабля -- светлая, папаха -- серая, а звезда --
красная.
-- Эй, вставайте! -- крикнул всадник. -- Пришла беда, откуда
не ждали. Напал на нас из-за Черных Гор проклятый буржуин.
Опять уже свистят пули, опять уже рвутся снаряды. Бьются с
буржуинами наши отряды, и мчатся гонцы звать на помощь далекую
Красную Армию.
Так сказал эти тревожные слова краснозвездный всадник и
умчался прочь. А отец Мальчиша подошел к стене, снял винтовку,
закинул сумку и надел патронташ.
-- Что же, -- говорит старшему сыну, -- я рожь густо сеял --
видно, убирать тебе много придется. Что же, -- говорит он
Мальчишу, -- я жизнь круто прожил, и пожить за меня спокойно,
видно, тебе, Мальчиш, придется.
Так сказал он, крепко поцеловал Мальчиша и ушел. А много ему
расцеловываться некогда было, потому что теперь уже всем и
видно и слышно было, как гудят за лугами взрывы и горят за
горами зори от зарева дымных пожаров...
День проходит, два проходит. Выйдет Мальчиш на крыльцо:
нет... не видать еще Красной Армии. Залезет Мальчиш на крышу.
Весь день с крыши не слезает. Нет, не видать. Лег он к ночи
спать. Вдруг слышит он на улице топот, у окошка -- стук.
Выглянул Мальчиш: стоит у окна тот же всадник. Только конь
худой да усталый, только сабля погнутая, темная, только папаха
простреленная, звезда разрубленная, а голова повязанная.
-- Эй, вставайте! -- крикнул всадник. -- Было полбеды, а
теперь кругом беда. Много буржуинов, да мало наших. В поле пули
тучами, по отрядам снаряды тысячами. Эй, вставайте, давайте
подмогу!
Встал тогда старший брат, сказал Мальчишу:
-- Прощай, Мальчиш... Остаешься ты один... Щи в котле,
каравай на столе, вода в ключах, а голова на плечах... Живи,
как сумеешь, а меня не до



Назад